Шрифт
Размер
Интервал
Вы находитесь здесь? Ашберн
Приветствуем

Мы создали замечательный портал специально для Вас!

  1. Выслать повторно
Забыли пароль?

Мы поможем Вам восстановить доступ к Вашему личному кабинету

  1. Введите Ваш логин или адрес почты от личного кабинета

  2. На номер телефона +X (XXX) XXX- было выслано SMS подтверждение

    Выслать повторно

Профессия: русская жена

«За великим мужчиной всегда стоит великая женщина», – никто не станет спорить с этим утверждением. А стоило бы! Они такие разные, русские жены мировых гениев. Это, пожалуй, не просто их статус, а целая профессия. Одни становятся тенью мужа, учатся понимать его с полуслова, поддерживают, как и обещали, «и в горе, и в радости, пока смерть не разлучит». А у кого-то складывается по-другому. Впрочем, судите сами. Вот три истории о русских женщинах, занесенных на чужбину и ставших женами гениев мира. Профессия: русская жена
 

История первая: от красавицы до чудовища

«С русскими девушками не шутят, на них женятся!» – именно так сказал Сергей Дягилев своему другу Пабло Пикассо, когда заметил, что он смотрит на балерину Ольгу Хохлову влюбленными глазами. «Она потрясающая!» – ответил Пабло. Их знакомство произошло в Риме в 1917 г. Дягилевские «Русские сезоны» были в самом разгаре, в театре Шатле готовилась постановка балета «Парад» – Пикассо работал над декорациями и эскизами к костюмам, во время репетиций и спектаклей делал бесконечные наброски и рисунки танцовщиц. Особенно Ольги.

Она родилась в Черниговской губернии, в городе Нежин. Глава семьи Степан Васильевич Хохлов был начальником лазарета Батуринского резервного пехотного полка царской армии. Некоторое время семья жила в Киеве. Во время одной семейной поездки во Францию девочка увидела представление мадам Шрессонт. Мечта стать танцовщицей была настолько сильной, что по возвращении Ольга тайком ото всех стала посещать балетную школу. После переезда семьи в Петербург, к новому месту службы отца, она поступила в частную школу балетных танцев. А в 1915-м вошла в труппу «Русского балета» Сергея Дягилева.

Ольга была сдержанна и не спешила отвечать на ухаживания Пикассо. А он был покорен: увлекал на долгие прогулки, чтобы побыть с ней вдвоем, писал ее портреты. Один из них – в испанском костюме, позже он продемонстрирует этот портрет своей матери. Пикассо сопровождал труппу на всех гастролях: во Флоренцию, в Неаполь, в Барселону. Из Рима они отправились в Испанию, и там Пикассо познакомил Ольгу с матерью, сказав ей, что хочет жениться на «этой чудесной русской». Мудрая Мария Лопес с горечью сказала Ольге: «Бедная девочка, ты понятия не имеешь, на что обрекаешь себя. Будь я твоей подругой, то посоветовала бы не выходить за него ни под каким предлогом. Я не думаю, что с моим сыном, который озабочен только собой, сможет быть счастлива хоть одна женщина».

Но есть ли на свете влюбленные, которые слушают советы матерей? 12 июля 1918 г. в православном соборе Александра Невского в Париже Пабло и Ольга поженились. Художнику было 37 лет, русской танцовщице – на 10 лет меньше. В фешенебельном центре Парижа пара сняла сразу две квартиры: в одной была мастерская Пабло, в другой, на улице Бети, молодожены жили. В первой хозяином был Пикассо, во второй – Ольга.

Они стали блистать в высших кругах парижского общества, проводить время в салонах и замках знатных господ – их считали самой красивой парой, а Пикассо, благодаря Ольге, стал настоящей светской персоной.

Счастливую жизнь омрачало только одно: революция в России оторвала Ольгу от семьи. Она писала письма, отправляла родным посылки, но они не доходили. Окольными путями узнала, что отец и брат Николай воевали в Белой армии, отец пропал без вести, братья погибли, а мать с сестрами перебрались в Грузию и влачат нищенское существование. Вернуться на родину означало погибнуть, а здесь, за границей, ее поддержкой был Пабло. Он настоял на том, чтобы она прекратила балетную карьеру – Ольга подчинилась. Единственное, что ей оставалось – быть музой художника. «У нее были чистые, правильные черты лица, гладкая кожа, вся натура ее была пронизана той женственностью, которая всегда так волновала Пикассо», – писала о Хохловой французский историк культуры Антонина Валлантен в книге «Пабло Пикассо». Он, «завзятый авангардист», изображал любимую исключительно в реалистичной манере – «чтобы она могла себя узнать». Картины «классической красоты» появлялись одна за другой – искусствоведы потом назовут их «периодом Ольги». Вот «Портрет в кресле» – Ольга сидит, будто на троне, сразу видно, что эта женщина царствует в жизни Пикассо. Вот она в виде греческого божества, а вот – нежная, улыбающаяся, играет с ребенком. В 1921 г. у Ольги и Пабло родился сын Паблито.

Но никакое счастье не бывает вечным. Вскоре Пикассо понял, что они с Ольгой разные. Кому-то из друзей он даже признался: «Понимаешь, Ольга любит чай, икру и пирожные. А я – сосиски и фасоль». Но если бы все было так просто! Приготовила мужу фасоль – и отношения наладились… Но дело было не в фасоли. У художника появилась новая муза – 17-летняя натурщица Мария-Тереза Вальтер, которая в результате их головокружительного романа осчастливила Пабло, родив ему дочь Майю. Пикассо разрывался между двумя семьями. Ольга устраивала сцены ревности, преследовала Пабло, без предупреждения врывалась к нему в мастерскую, надеясь «застукать» его с любовницей, подлавливала на улице и выкрикивала ругательства, бесконечно писала ему письма, вкладывая в конверты фотографии сына.

Он стал мстить ей своими картинами. Вот «Большая обнаженная в кресле» – это вовсе не женщина, а мегера, бесформенное чудовище. Вот цикл картин «Распятия», на которых царят монстры – тяжелые, окаменелые. «Период Ольги» закончился болезненным разрывом в 1935 г. Перед этим Ольга с Паблито съехали из квартиры на улице Бети, и она поручила своему адвокату сделать опись всего имущества. В их брачном договоре было записано: Ольга имеет право на половину состояния Пикассо, включая большую часть его картин. Пабло не хотел это терять. Они так и не развелись – Ольга Хохлова до конца своей жизни так и оставалась законной женой Пикассо.

Умерла она в 1955 г. За два года до этого врачи нашли у нее рак. Взрослый сын с ней совсем не общался – только с отцом. Все последние месяцы она просила общих знакомых передать Пабло, чтобы он ее навестил. И по-прежнему писала ему письма. Он не приехал к ней ни разу. Как не пришел и на похороны Ольги. Мудрая Мария Лопес оказалась права – со всеми своими женщинами Пикассо был очень жесток…

История вторая: пермская фиалка Монмартра

Нет, как-то не так складывалась жизнь у Имре Кальмана. С одной стороны, он – непревзойденный «король оперетты», у него масса почитателей и поклонниц. С другой, ему никак не удавалось найти свою «королеву»… Целых 18 лет он жил с Паулой Дворжак, которая была старше него на 10 лет. Эта светская дама была заботливой и любящей спутницей, но замуж за Кальмана не собиралась: он грезил детьми, она же не могла их иметь и не хотела делать его несчастным. Потом Паула заболела туберкулезом – в те годы это была верная смерть. Перед кончиной Паула сказала: «Ты должен жениться на молодой и здоровой девушке, которая родит тебе сильных детей», – и сама же познакомила его со своей подругой, графиней Агнеш Эстерхази. Но не сложилось: когда Имре узнал о ее измене, тут же порвал с ней. На могиле Паулы 46-летний Кальман поклялся, что теперь до конца жизни будет жить в одиночестве…

Впервые он увидел Веру Макинскую в берлинском театре «Метрополь» в 1926 г. Вере не было и 16. Позже она напишет об этой встрече так: «Я стояла за кулисами рядом с Кальманом, и он поинтересовался, кто я по национальности. Может, венгерка? «Нет, − сказала я, − русская». Он воскликнул: «Господи, что за участь – с таких юных лет скитаться на чужбине!» Молодая девушка покраснела, а Кальмана кто-то позвал, и он ушел.

Участь Веры и вправду была незавидной. Она родилась в Перми, имела благородное происхождение: ее дед по материнской линии был пермским помещиком, а отец – офицером при царском дворе. Ее мать, женщина решительная, рассказывала: «…Твоего отца я встретила в Петербурге и влюбилась с первого взгляда. Но родители не разрешили ему жениться на мне – он был помолвлен с графской дочерью. Так что ты родилась, и нас спровадили за границу. Твой отец обещал тайно последовать за мной, но погиб на войне. Но помни: мы – русские! И потому не пристало нам опускаться и жить чьими-то подаяниями. Сама работай, сама всего достигай!»

Вера старалась. Она мечтала стать актрисой, но никак не могла найти работу и вместе с матерью ездила по разным театрам европейских столиц в надежде пробиться на сцену. Однажды осенью 1928 г. – ей было уже 17 – в Вене она зашла в кафе «Захер». Здесь ей наливали чашку кофе в долг – она работала танцовщицей в соседнем баре и едва сводила концы с концами. Увидев Кальмана, не узнала его – с их первой встречи минуло уже два года. «Когда я увидела этого симпатичного мужчину с усиками, − вспоминала Вера, − он был в цилиндре. Я подумала, что это, должно быть, какой-нибудь банкир». «Да нет! – рассмеялись подружки. – Это же Кальман, Имре Кальман! Театр «Ан дер Вин» готовит к постановке его новую оперетту «Герцогиня из Чикаго».

Вере пора было уходить, и она пошла в гардероб за накидкой. Следом подошел Кальман. Гардеробщица грубо отстранила Веру: мол, сначала должен одеться маэстро, а не какая-то статистка! Кальман вступился за девушку. А она, пока он не ушел, затараторила: «Маэстро Кальман, мне так хотелось бы выступить в вашей оперетте! Может, для меня сыщется роль, пусть самая крохотная? Я буду счастлива! Прошу вас, умоляю!»

На следующий день Вера уже подписывала контракт на участие в предстоящей премьере – статисткой. А вечером того же дня Кальман позвонил ей по телефону и пригласил отметить это событие. Так они начали встречаться, а затем Кальман сделал ей предложение. Разница в возрасте у жениха и невесты была 30 лет. Он решился на женитьбу, когда его обуял страх ее потерять: мать Веры сказала, что не допустит вольных отношений и увезет дочь из Вены.

Вера с головой окунулась в семейную жизнь. Она оставила мечты о сцене – теперь она блистала на семейных раутах в доме Кальмана. Он звал ее Верушкой, она его – Имрушкой. Своей молодой жене Имре Кальман посвятил одну из своих лучших оперетт – «Фиалка Монмартра».